Журнал Анна Герман

ИЗБРАННЫЕ ПИСЬМА, ПОСЛАНИЯ И ЗАМЕТКИ

Вступление

Очевидно, уже многие обратили внимание, что МТК «Вечная Память» практически ежедневно открывает все новые имена и малоизвестные истории, а порой и не известные ранее страницы из летописи Великой Отечественной войны: люди нам пишут со всех концов мира, в том числе, — школьники и студенты. Фактически пишется живая история Великой Отечественной войны и вот вам ещё одна история...

Текст статьи

РЕПОРТАЖ ИЗ... ОСВЕНЦИМА

Помните историю героини рассказа Аркадия Первенцева «Девушка с Тамани»? Напомним: благодаря конкурсу «Вечная Память» внучка героини этого рассказа впервые узнала о том, что, оказывается, её бабушка — прототип героини знаменитого военного рассказа, в своё время ставшего для тысячи солдат Красной Армии духовной поддержкой в тяжёлых и кровопролитных сражениях с гитлеровцами за освобождение Отечество.
«...Узнав о вашем конкурсе, — писала нам Светлана Шаповалова из Барнаула, — я решила написать о своей бабушке и неожиданно для себя узнала, что моя бабушка — героиня рассказа Аркадия Первенцева «Девушка с Тамани»… К сожалению, я очень поздно осознала, ЧТО пришлось пережить бабушке в годы войны, ради нас и ради нашего счастья. Повешенье, издевательство… и моё равнодушие к ней, — она все вытерпела. Поэтому я считаю, что её подвиг заслуживает того, чтобы об этом знали сегодня и помнили».
Публикация очерка «Бабушка с Тамани» вызвала тогда огромный интерес, а сын писателя Аркадия Первенцева, Владимир Аркадьевич (он два года назад ушёл из жизни) позвонил главному редактору журнала «СЕНАТОР» Фреду Искендерову: «Я рад, что сегодня Любаша жива и здорова!». Вскоре они встретились, и Владимир Аркадьевич предложил один из не опубликованных ранее материалов из архива отца. Это было интервью фронтового корреспондента «Известий» Аркадия Первенцева («Девушки из Освенцима») — беседа с двумя советскими девушками сразу после их освобождения из концлагеря: с Валентиной Кутиловой из Ленинградской области и Женей Брук из Белоруссии…
Недавно в редакцию журнала поступило письмо: «С удивлением и волнением прочитал материал «Девушки из Освенцима»… Я — сын Жени Брук, интервью с которой записал Аркадий Первенцев. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас за прекрасную работу по организации конкурса» — писал Дмитрий Цыплаков из Израиля.

Очень скоро об этом письме стало известно и в доме родных писателя Аркадия Первенцева. А потом эта история стала темой авторской передачи «Вечерний калейдоскоп» израильского радио «Рэка». Автор-ведущий Ефим Гаммер, участник II МТК «Вечная Память» — автор очерка «Юный кавалер ордена Славы», посвящённого самому юному герою Великой Отечественной войны Владимиру Владимировичу Тарновскому (сегодня мы пытаемся узнать что-либо о дальнейшей судьбе бывшего «сына полка» В.В. Тарновского из Риги), решил обнародовать эту историю, благо передачи радио «Рэка» транслируются на разных языках и по всему миру. Он пригласил сына Евгении Брук-Цыплаковой Дмитрия в студию для участия в передаче, которая выйдет в эфир 19 марта в 23.30 мск., но мы решили уже сегодня опубликовать текст интервью-рассказа Д. Цыплакова, любезно предоставленный нам Е. Гаммером.

 

Запись передачи радио «Рэка»? эфир от 19 марта 2010 года (Израиль).

 

Брук Евгения в детские годы, до войныРассказывает Дмитрий Цыплаков, сын бывшей узницы Освенцима: «Моя мать — Цыплакова (Брук) Евгения Матвеевна.
Каюсь, эта история напрямую связана с моим увлечением фотографией. После одного из вечных споров о качестве довоенной немецкой фототехники я отсканировал несколько фотокарточек из маминого архива. В том числе — значительное количество из самодельного альбома с надписями на голландском, на котором написано «STALAG IV-B».
Мама, бывшая узница Освенцима, рассказывала, что этот альбом подарил ей один голландец сразу после войны, когда она работала переводчиком в секторе внутренних дел Советской военной администрации федеральной земли Саксония.
Она участвовала в подготовке материалов к Нюрнбергскому процессу. Переводила на допросах. Например, именно она переводила на допросе фельдмаршала Гудериана. Мама вспоминала, как он вставал перед ней на колени и дрожащим голосом причитал: «Фройляйн, фройляйн — пожалуйста, переведите им, что я солдат, а не нацист».
Так вот, этот голландец жаловался на тяжёлые условия содержания в его бытность военнопленным в немецком лагере «Сталаг». Но после рассказа мамы об ужасах лагеря смерти, он так был взволнован её историей, что подарил маме этот альбом. Потом я фотографии выложил на наш семейный сайт в Интернете, а ссылка на них загадочным образом оказалась на голландском ресурсе о лагерях военнопленных «Пегасус».
Недавно получил письмо из России от одного человека, родственники которого были в этом лагере. Он просил прислать ему одну из фотографий в более высоком разрешении. В конце письма он посоветовал поискать информацию о маме на нескольких поисковых сайтах. На этих сайтах я ничего не нашёл, но на всякий случай набрал в «Гугле» мамино имя и фамилию «Женя Брук», а также слово «Освенцим».
И вдруг первая же ссылка привела меня на страничку сайта Русского журнала «Сенатор», а точнее, Международного творческого конкурса писателей и журналистов «Вечная Память», учреждённого этим изданием и Союзом писателей России в честь 60-летия Победы впервые за все послевоенные годы в России. Именно в рамках этого конкурса было опубликовано интервью, взятое у моей мамы в сентябре 1945 года писателем и журналистом газеты «Известия» Аркадием Первенцевым. Он подготовил его в рамках работы над материалами судебного процесса над палачами концлагерей, состоявшегося позднее в городе Люнебурге.
Мама как-то рассказывала об этом интервью, но в печати оно так и не появилось, и потому вся эта история прочно забылась. И вот, спустя шесть десятилетий, оно стало достоянием публики. Этому предшествовала тоже интересная история: в один из дней в адрес Оргкомитета конкурса пришло письмо от внучки одной из участниц Великой Отечественной войны, ставшей в 1943 году героиней документального очерка-рассказа Аркадия Первенцева «Девушка с Тамани». И благодаря впервые проводимому в 2005 году конкурсу «Вечная Память», внучка ветерана многое узнала о своей бабушке и написала о ней новый материал в адрес конкурса. Так появился очерк «Бабушка с Тамани», который затем был представлен в рамках конкурса в Интернете.
Сам Аркадий Первенцев умер ещё в 81-ом году, но публикация попалась на глаза его сыну — ныне покойному Владимиру Первенцеву. И он немедленно связался с главным редактором журнала и автором проекта конкурса Фредом Искендеровым, чтобы поблагодарить его и узнать о подробностях жизни «девушки с Тамани» Любаши в послевоенные годы, радуясь, что она жива и здорова. А потом он, идя навстречу просьбе Искендерова, решил дать ему для публикации один из материалов, обнаруженных в архиве отца. Этим материалом оказалось интервью с моей мамой, которое появилось на сайте конкурса под названием «Девушки из Освенцима».
Удивительно, как переплетены судьбы людей разных национальностей. Потянув за ниточку истории об одном человеке, начинаешь распутывать клубок забвения — истории о тех героях, которые сегодня незаслуженно забыты.
Немного, всего страничка текста. Не думал, что нечто подобное сможет так меня взволновать. Мамины рассказы я знаю наизусть. Ещё ребёнком я был с ней почти на каждом выступлении на всевозможных мероприятиях, посвящённых Дню Победы, «уроках мужества» в многочисленных школах.
Но тут — что-то другое. Видимо, все дело в том, что эти рассказы, как бы покрылись патиной времени, потеряли в деталях. А между маминым побегом в апреле 45-го и интервью прошло менее полугода.
Это позволило ей с одной стороны не растерять свежести восприятия пережитых страданий, но с другой — дало время для систематизации воспоминаний.
По интервью чувствуется сильное желание как можно более подробно рассказать о всех мучителях, включая имена, фамилии и должности, но также и о подругах по подполью, благодаря, которым она осталась жива в этом аду. Ведь она пережила 17 «селекций» (отборов в газовые камеры).
Воспоминания записаны таким живым языком, что временами мне казалось, что я слышу мамин голос. А один эпизод, в котором она описывает картину уничтожения в самом конце войны тысяч евреев из Венгрии, до сих пор стоит у меня перед глазами. Тогда крематорий (который заключённые прозвали «камином») не справлялся с потоком смертников, и фашисты выкопали ямы и разожгли в них огонь. Мама вспоминает страшную картину силуэтов людей, сталкиваемых живыми в эти ямы на фоне красного зарева костров.
Из интервью я наконец-то узнал имя предателя, донёсшего на маму во время её пребывания на принудительных работах в Германии. Дело в том, что ещё в гетто, в белорусском городке Барановичи, мама начала работать на антифашистское подполье. В начале войны ей было всего 13 лет. Дедушка (мамин папа) намеренно прибавил ей 2 года, чтобы её признали работоспособной, и она стала помогать ему в мастерской по ремонту мельничного оборудования и параллельно работать на партизан, вытачивая и переправляя им детали оружия.
Евгения БрукВ интервью советской газете, конечно, невозможно было признаться, что вся мастерская принадлежала моему деду, да и вообще наша семья, до прихода коммунистов в 1939 году была довольно богатой, владела несколькими мельницами. Отсюда, кстати, и мамино отличное владение французским языком. Кроме этого, она ещё знала немецкий, польский и русский. Знание языков помогло ей стать связной в лагерном подполье.
Когда стало понятно, что будет дальше с евреями гетто, знакомый парень снабдил маму фальшивым паспортом и она бежала в соседние леса и нашла пристанище в одной из белорусских деревень. В 1943-м году её поймали полицаи при проверке документов. А так как она не обладала ярко выраженной еврейской внешностью, то её как нарушительницу паспортного режима отправили на работы в Германию. Там она вступила в группу сопротивления, организованную французами и русскими. И вот одна русская девушка, которой было всего 16 лет — сдала её гестапо. Благодаря опубликованному интервью в журнале «СЕНАТОР» я узнал, что предательницу звали Нароенкова Нина. Маме удалось подглядеть подпись на показаниях, обличавших её как еврейку. Потом были тюрьмы и, в конце концов, Освенцим. Бежала из-под конвоя в апреле 1945-го. Сначала американцы, потом русские. Устроилась работать переводчиком.
После войны мама вернулась в Барановичи. Преподавала иностранные языки в средней и вечерней школах. Мой папа, офицер дальней авиации, был её учеником. Потом долгое время она работала корректором в типографии.
Я обратился в редакцию журнала с просьбой прислать мне копию документа. Мне не только пообещали помочь в моей просьбе, но и попросили сделать публикацию о маме как продолжение истории с интервью.
Мама была необыкновенным человеком. Её бесконечный оптимизм и умение выслушивать и сопереживать притягивало к ней многих, совершенно разных и по характеру, и по уровню развития людей. К ней за советом или просто излить душу приходили со всей округи.
Она умерла в 1992 году. Лагерь основательно подорвал её здоровье, и последние годы она сильно болела. Мои младшие дети уже не застали бабушку. Ведь они родились здесь (в Израиле — Ред.), уже после того как наша семья перебралась сюда в 1994-м.
Но я очень хочу передать им память о ней. И вообще, мне кажется, что особенно теперь, когда память о тех событиях начинает стираться, а враги наши хотели бы совсем вычеркнуть эти ужасные факты из истории, нам, детям, не знающим войну, просто необходимо сохранить как можно больше информации о том времени. Ведь, по сути, и мы, через своих родителей, прошли эти страшные селекции и должны не дать повториться этому вновь».

 

 

УНДИНА — ДЕВУШКА С ТАМАНИ

«...Жить, наслаждаясь удивительной красотой вокруг, — вот удел человека. Да и сам человек — венец поднебесной красоты, нашей светлой земли украшенье. Все эти мысли и пожелания пока остаются вне нашей досягаемости. Это мечта, идеал. Хотя, впрочем, среди нас, людей, встречаются необыкновенные творцы. Да, да, я не ошибся, они творцы, потому что творят, создают себя, разумеется, не телесно, а духовно» — так начинает своё сочинение «Это нельзя забыть!» школьник Дмитрий Кандыбка из Краснодарского края, поступившее в Оргкомитет конкурса в один из майских дней наряду с другими авторскими работами. Оно было написано с таким юношеским максимализмом, такой искренностью и любовью, что такое сочинение не могло не привлечь наше внимание!
Далее он писал: «...Вполне возможно, что я идеализирую, рисую свой образ, но мне удалось встретиться с таким человеком. Пусть эти встречи необычны, да и он уже совершил переход в мир иной, но незримо он со мной рядом. Он каждый день, такой красивый с умными проницательными глазами и лёгкой улыбкой, приветствует меня, а я — его при входе в школу. Затем я встречаюсь с ним вновь в кабинете литературы... С портрета и его книг веет мудростью, спокойствием, теплотой ко всему живому. И нетерпимостью — к нехорошему. Его имя... носит наша школа.
То ли это стечение обстоятельств, то ли закономерность, — не знаю. Но недавно я зашёл в библиотеку и, располагая минутой-другой, взял журнал «Родная Кубань». Перелистывая страницы, увидел: «Аркадий Первенцев. Дневник войны». О войне читать не люблю, но своеобразность жанра, манера письма заставили мои глаза скользить по строкам. И чем дальше я читал, тем более углублялся в чтение. Это строки о родной Кубани! Но какие строки! Пропитанные болью, стоном, ужасом свершившегося. И мне так захотелось прочитать их каждому человеку, чтобы люди задумались над смыслом жизни и никогда не разжигали пожарищ, переходящих в войны.
«…Кубань. 1942 г. Краснодар. Памятные дорогие камни, стены, дома, уголки. О, родина, в какие времена возвращается к тебе твой сын.
Кубань! Кубань! Горишь ты в огне».
С первых дней писатель Первенцев, покинув Москву, в гуще боевых сражений. Он пишет очерки, статьи, заметки, собирает материал для романов. Как любому человеку дорога его родина, так и Аркадию Алексеевичу дорога Кубань, место, где он вырос, впитал дух степных просторов новопокровских полей. Поэтому так скорбно восклицает писатель о Кубани: «О! Боль сердца! Сдаётся Кубань…»
Взгляните на эти строки: «3 августа 1942 — … Великое горе переживает сейчас Россия… Мы не верили во мрак будущего, но что делать, если тучи грозы удушающего бессилия заволокли небо на три четверти. Август 1942 — это месяц жестоких ударов за тысячелетия. Какими наивными кажутся прежние войны! Батый и тот был менее страшен, ибо были в распоряжении славян леса, горы.… Теперь — хуже, хуже…»
А так хочется жить, делать что-то доброе и полезное. Неужели эхо войны отзовётся.
Мой земляк — писатель А.А. Первенцев много пережил и делал всё для того, чтобы мы жили в согласии. Во время войны и после неё он с визитом мира объехал земной шар и написал много произведений, в которых и по сей день звучит голос борца за мир. Есть у писателя книга «Когда шли бои на Кубани», которая написана для нас, людей третьего тысячелетия, чтобы мы читали и помнили, что Земля нам дана для жизни, а не для войны. Особенно интересен, на мой взгляд, рассказ «Девушка с Тамани».
Примечательно и то, что в рассказе прослеживается связь героинь двух произведений. Любимым поэтом у Аркадия Первенцев был М.Ю. Лермонтов. Как бы продолжая в поколениях жизнь лермонтовской героини, Первенцев раскрывает нам многогранный мир простой таманской девушки. Любаша с родителями жила «у того места, где когда-то, проездом в Геленджик, останавливался Лермонтов» Любаша любила петь песни. Ходила в степь, собирала тюльпаны и маки. Плавала, бросалась в воду, как мальчишки. Любила смотреть, как ныряют звёзды в Чёрное и Азовское моря...
Читаешь эти строки и начинаешь невольно сравнивать лермонтовскую Ундину из главы «Тамань» с первенцевской героиней. И та и другая были удивительно хороши собой, жили на круче, прекрасно плавали, водили лодки, да и любили они почти одинаково. Полюбила Любаша приморского казачьего сына, лихого и на волне и на суши, крепкого плечистого паренька Валентина… Но больше всего она любила, когда он пел под гитару у старой черешни. И пела сама. Вспомним, как лермонтовская Русалка, взобравшись на крышу хаты, пела песню о своём возлюбленном.
Но вот чёрным смерчем налетела война. Валька ушёл матросом во флот. Вскоре за ним покинула лермонтовскую кручу и Любаша. Прапрабабушка передала по наследству девушке отчаянную смелость, решительность, силу и ловкость. Люба на себе выносила раненных, ходила в разведку, переплывала пролив на плоту (она умела ловко мастерить плоты и знала фарватер) и везде искала своего Вальку, напевая печальную песню об их разлуке.
Шли бои за Кубань. Осколками испещрено тело девушки, но она по-прежнему в строю; с моряками — разведчиками идёт в ст. Крымскую. Но действовать пришлось одной. И здесь она, проявив смекалку, утащила документы из штаба гитлеровцев.
С замиранием сердца мы читаем строки, когда Любаша тёмной ночью пришла проститься с родным домом. «Дом её был сожжён, черешни не было, но рука нащупала свежие побеги дерева. Фашисты оказались рядом. Луч фонаря прошёл по её лицу…» После зверских избиений её решили повесить возле черешни на лермонтовской круче. Рано утром Любашу привели к виселице. По дороге она запела песню. И вдруг раздался звук гитары и, словно приморское эхо, продолжение песни, которая, вероятно витала над обрывами печальной Тамани… Любашу спасли матросы, среди которых был и её Валька.
Да, любовь — это спасительная сила. И если бы она жила постоянно в сердце каждого человека, как прекрасен был бы мир. Мир — это заветная мечта каждого человека. Но почему же возникают войны? Об этом и многом другом мне поведали дневниковые записи мудрого человека — писателя А.А. Первенцева.
Спасибо Вам Аркадий Алексеевич! Я мысленно беседую с Вами, а иногда думаю, как бы поступили Вы. Порой ответ нахожу в Ваших книгах. Да, если бы больше было таких людей как Вы, мы жили бы в счастливое время. Вы — украшение нашей школы, станицы и Кубани!»
— ...Кто бы мог подумать, что это сочинение юноши о творчестве Аркадия Первенцева в рамках нашего конкурса станет началом интереснейших историй о судьбах людей в годы войны и в наши дни — говорит руководитель Координационного Совета конкурса и главный редактор Русского журнала «СЕНАТОР» Фред Искендеров. — Через некоторое время после публикации этой заметки и рассказа А. Первенцева «Девушка с Тамани» на портале (внеконкурсная работа), мы получили любопытную заявку с материалом, в котором автор утверждал, что «Девушка с Тамани» — это моя бабушка!..».
«...Узнав о вашем конкурсе, я решила написать о своей бабушке и неожиданно для себя узнала, что моя бабушка — героиня рассказа Аркадия Первенцева «Девушка с Тамани»…
К сожалению, я очень поздно осознало того, ЧТО пришлось пережить БАБУШКЕ в годы войны, ради нас и ради нашего счастья. Повешенье, издевательство… и моё равнодушие к ней — она все вытерпела. Поэтому я считаю, что её подвиг заслуживает того, чтобы об этом знали люди и помнили!» — писала Светлана Шаповалова из Барнаула...
Увы, тогда первичную версию материала в Оргкомитете отклонили, посчитав, что рассказ о послевоенной жизни Ундины неполон, да и автор, мягко говоря, не очень-то искренне кается перед бабушкой, которая в годы войны была образцовым примером и духовной поддержкой для сотен тысяч солдат Красной Армии в борьбе с фашистами. В ответном письме автору было предложено «за оставшееся время до окончания приёма заявок написать достойный материал и подробнее рассказать о жизни бабушки — «Девушки с Тамани сегодня» — в послевоенные годы. И вот, получено письмо с текстом доработанного материала: «Если даже мой материал не попадёт на страницы книги, но то, что я узнала о бабушке и пережила сегодня — это главное для меня и все это благодаря вашему конкурсу!
Спасибо вам!»

 

«ДЕВУШКИ... ИЗ ОСВЕНЦИМА» 🔸 «ДЕВУШКА С ТАМАНИ» 🔸 «БАБУШКА С ТАМАНИ» 🔸 ИЗ ПИСЕМ НА ЭТУ ТЕМУ

 

1 | 2 | 3
220 просмотров

   
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1

(1 голос, в среднем: 5 из 5)

Материалы на тему

Журнал Анна Герман