МЕЧТА СТОЛЕТНЕГО ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Вступление

редактор газеты Зыряновского
района «Мой город Зыряновск» (Казахстан).

Малыш улыбается и тянет ручонки к своему деду. Маленький Илиан ещё не знает, какой у него знаменитый дедушка, вернее, прапрадедушка. В этом году у каждого из них свой юбилей. Правда, с разницей в 99 лет. В феврале для любимого сына мама Илиана купит торт и зажжёт одну свечу. Поставить свечи по количеству прожитых лет на юбилее Павла Фёдоровича Кольцова вряд ли удастся — площади торта не хватит. 20 января Почётному жителю Зыряновска, ветерану Великой Отечественной войны, Герою Советского союза исполняется 100 лет.

Текст статьи

Когда в самую нужную минуту появляется то, что уже не надеялся найти, в народе называется Божий Промысел. Так и здесь, вдруг ни с того, ни сего узнала, что в казахском городке Зыряновске проживает отметивший столетие «сын «врага народа», и он же Герой Советского Союза!» Все, как говорится, в одном стакане, все — один человек! Разговор о Павле Фёдоровиче Кольцове. Надежда Яковлева, редактор газеты Зыряновского района «Мой город Зыряновск»

Несмотря на годы, назвать его стариком не поворачивается язык. В свои сто лет у него едва заметна седина, море энергии, если кто попытается угадать возраст, то ошибётся лет на тридцать, не меньше. Живёт Герой в двухэтажном особняке, выделенном ему местными органами власти. По дому все делает исключительно сам. Готовит еду, стирает, ходит за живностью. Весной копает огород, выращивает овощи, фрукты. Особая страсть — виноград. Прополка, полив, окучивание, сбор урожая. Работы — только поворачивайся.
Много раз престарелому ветерану предлагали дать в помощь социального работника. Чтобы и за хозяйством присматривал, ходил за покупками. Так нет же, ни в какую.
— Если я шевелиться не буду, то быстро состарюсь, — отшучивался Павел Фёдорович. 100-летний Герой Советского Союза Павел Фёдорович Кольцов у мемориала славы г. Зыряновска По его мнению, только активный образ жизни, постоянные заботы, нескончаемые дела позволяют ему постоянно чувствовать себя в форме. Да и некогда ему стареть.
В Зыряновске живёт дочь Кольцова — Алиса Амирханова. Давно зовёт отца в свой дом. Но попытки пока безуспешны. Мол, ещё десяток лет поживу один, потом, может, и переберусь. А пока что торопиться не буду.
— Он никогда не искал для себя привилегий. Живёт честно и с достоинством, — уважительно рассказывает о нем его зять, профессор Восточно-Казахстанского университета Заур Амирханов. — Его знают и любят не только в Зыряновске. Если хотите, гордятся. Я бы на месте областных властей давно выпустил конверт с фотографией Павла Фёдоровича. Одни города славятся высокими башнями, другие знаменитыми на весь мир часами или автоматами, а у нас столетний Герой Советского Союза!
Зыряновский герой — человек скромный, не любит помпезности и лишнего внимания к себе. Вот уже 65 лет, встречает вместе с другими ветеранами Победу у городского Мемориала Славы, ходит на все, посвящённые великому празднику мероприятия, часто гостит в школах. Но все это время никто даже не подозревал, как тяжело ему даются эти встречи. Зять ветерана, рассказывает:
— Помню, пригласили Павла Фёдоровича в школу. Господи, как он измучился, пока отвечал на вопросы детей. Как сложно было рассказывать о своих подвигах. Потом шутил, что легче выкопать траншею в полный рост, чем выдержать атаку этой ребятни.
Вместе с тем, возвращается со школы довольный, словно просветлённый. Шутит, глаза блестят. Сегодня нередко слышим сетования на нашу молодёжь, а он от неё в восторге. Признается, смотрю на них и вспоминаю своих однополчан. Ведь брали на войну восемнадцатилетних, а то и семнадцатилетних. А сколько таких, что прорывались на передовую в шестнадцать, а то и пятнадцать лет. Тогда, если в свидетельстве о рождении убавишь возраст — сразу трибунал, а прибавишь — делают вид, что не заметили. А ведь могли эти пацаны пересидеть один-два года возле мамы, там бы и закончилась война. А так, один-два боя и погиб. Хорошо, если сообщат маме, где похоронили, но часто после бомбы или снаряда и хоронить-то некого. Вот он за такими слётками и следил. Прикрывал в бою, учил занять хорошую позицию, наказывал чаще писать домой. Я несколько раз был на его встречах с однополчанами, там таких недорослей хватало. Сами уже старики, а льнут к моему тестю словно дети.
Очень Павлу Фёдоровичу нравится, вспоминать, как учёные нашли аравийскую клинопись, долго расшифровывали, когда, наконец, расшифровали, удивлению не было предела. Там написано: «Ох, и молодёжь теперь пошла!». А дед Павел считает, что молодёжь всегда была нормальной. Даже отличной. Сколько было, придёт паренёк на фронт, тихий, даже немного испуганный. А выдержал первый бой, где что и взялось. Хотим того или нет, но в каждом живут гены его предков, а уж им-то повоевать за Русь-матушку пришлось. Вот эти гены на войне парня настоящим воином и делают. Но это дед Павел, мне, как сыну рассказывал, а вообще-то разговорить его трудно…
Скромность Павла Кольцова больше всего претит журналистам. Выведать тайны его героизма пытались многие корреспонденты районных и областных газет, журналов, радио и телевидения. Моя встреча с героем была совсем не похожа на обыкновенное интервью. Мы разговариваем в больничной палате — родня решила, что деду пришло время обследоваться, немного подлечиться, вот в больницу и отправили.
Павел Фёдорович успел истомиться от безделья, встретил меня с радостью и, вместе с тем, любопытством. Интересно ему, кого в этот раз послала судьба? Человек с таким именем притягивает к себе многих — хороших, и не очень. Потом насочиняют такое, что людям в глаза смотреть стыдно.
Я же в нетерпении. У меня накопилось много вопросов. Ещё бы — не каждый день можно увидеть настоящего героя. Да к тому, же ещё и, перешагнувший столетний рубеж! С другой стороны, боялась, что ничего не получится. Мне уже приходилось встречаться со столетними стариками и старушками. Обычно это до того пожилые люди, что живут в каком-то анабиозе. Память у них неважная, питание — сладенькая водичка, некоторые до того быстро утомляются, что засыпают через десять минут после начала разговора.
Но вопреки моим ожиданиям, Кольцов выглядел лет на тридцать, во всяком случае, двадцать моложе своего возраста. Вёл себя тоже соответственно. Смутило единственное, что не стал давать прямых ответов, на мои вопросы. Познакомившись и выслушав, первый вопрос, долго молчал, потом начинал говорить о том, что, по-видимому, наболело очень давно, что мучило все эти годы. Скорее всего, это было не интервью, а исповедь. Исповедь человека, испытавшего на своём веку лишения и голод, страх и унижение, любовь и ненависть. Человека, который видел смерть многих своих товарищей, воина, уничтожившего немало врагов. Исповедь отмеченного многими наградами Героя и… родного сына «врага народа».
Трудно даже вообразить, что сейчас перед тобой сидит человек, который жил в одно время с последним русским царём Николаем II Романовым, вождём пролетариата Владимиром Лениным, генералиссимусом Иосифом Сталиным и многими другими известными лидерами государства и политическими деятелями, имена которых можно найти только в учебниках истории.
Родился Павел Кольцов в 1910 году, в городе Владивостоке, в хорошей, обеспеченной семье. Отец был известным купцом со своими магазинами и, главное, хорошим именем. Тогда этим дорожили, куда нынешним. Семья, состоящая из родителей и трех сыновей, жила в двухэтажном особняке. Через много лет после войны Павел Фёдорович ездил во Владивосток, видел, дом, в котором родился и вырос. Павел Кольцов. 1945 г. — У нас был очень хороший дом. Помню, отец с утра до ночи работал, мы его видели редко. Весь дом на маме и старших братьях, которые, кроме учёбы в школе, помогали отцу и обещали стать успешными купцами.
Я был совсем мальчишкой, когда власть захватили большевики, и вся жизнь пошла наперекосяк, — вспоминает он. — Это сейчас о революционерах говорят, как о людях, желающих беднякам добра. А мы-то видели, что к революции примазались всякие пьяницы и уголовники. Им бы спиться или доживать годы в тюрьмах, а так — большевики. Грабь награбленное! Но отец-то не грабил. Отец торговал. И продукты в его магазинах были куда нынешним! Если это масло — так масло, а колбаса — так колбаса! Он кенгурятнику вместо парной говядины людям не подсовывал.
Все равно, как зажиточного человека, раскулачили. Забрали абсолютно все. Да ещё и выставили ультиматум — немедленно покинуть город! Деньги отобрали, ехать некуда, жить — негде. В течение нескольких дней уважаемых граждан, приносящих городу и людям пользу, превратили в изгоев.
Но если такое отношение со стороны властей пережить еще можно, то предательство родственников — практически нельзя. От Федора Кольцова и его семьи отказались, отреклись все его родные.
— Без вещей, без денег и надежды на будущее поехали, что называется, куда глаза глядят. Не знаю, почему получилось так, что оказались в Омске, — рассказывает Павел Фёдорович. — Думали, хуже уже не будет, но на этом наши мучения не закончились. Отца объявили «врагом народа» и арестовали. Больше мы его никогда не видели. Даже не знаем, как он погиб, где могила?
Павел Фёдорович тяжело выдыхает и замолкает, взгляд становится жёстким. После того, как увезли отца, тот маленький мир, в котором семья пряталась от невзгод, был окончательно разрушен. Осталось только клеймо. Дети «врага народа». С этого момента все двери перед детьми Федора Кольцова были наглухо закрыты. Жизнь стала просто невыносимой.
— Тяжело нам было в то время. Но я хорошо запомнил то, чему всегда учил меня отец — чтобы выжить, надо много работать, — говорит Павел Фёдорович. — Поэтому я старался, как мог. Выучился на водителя, и уже в 16 лет сел за баранку. Кстати, общий водительский стаж у меня восемьдесят два года!
Получив водительские права, Павел Кольцов делал все, чтобы прокормить семью. Но его не оставляла в покое страшная в то время организация НКВД. Каждый шаг был под неустанным контролем. Что делает, с кем разговаривает, куда ходит? Однажды сыну «врага народа» предложили работать на НКВД. Не согласился. Звали, уговаривали, шантажировали — ни в какую. Единственное, что дальше не пошли. Клевать, конечно, продолжали. То там подставят подножку, то в другом месте, но, слава Богу, никаких крайних мер в отношении к нему не принимали.
Когда исполнилось 22 года, забрали в армию. Призвать-то призвали, только вот оружия сыну «врага народа» доверять не торопились. Три армейских года молодой парень проработал в так называемой трудовой армии. От призыва до демобилизации. Все это время он не выпускал из рук лопаты. Строил электростанцию под Новосибирском, потом — металлургический комбинат в Челябинске.
После армии в жизни Павла, наконец-то, происходит первое счастливое событие. Он влюблён и собирается жениться. Молодая жена согласна вместе с мужем и свекровью переехать на Кавказ в город Майкоп. Конечно, и там надзорные органы не дают прохода. То и дело, приказывают явиться, ведут задушевные беседы, уговаривают стать доносчиком. Самое любопытное, что Павел лично знал нескольких завербованных органами мужчин и парней, их жизнь была несравненно спокойней. Но наука отца — во всем беречь своё лицо, дала себя знать, и он настоял на своём. Хотя даже в школу механизации поступить было очень сложно. Но поступил, учился очень успешно, но закончить её не удаётся. В дом приходит беда. Да не одна. Умирает любимая жена. На руках у Павла и его матери остаётся восьмимесячная малышка Алиса. А тут — война. О том, какие чувства испытывал человек, уходящий на войну и оставляющий дочку на попеченье старенькой матери, Павел Фёдорович предпочитает не говорить. Слишком больно. Слишком тяжело…
Военную форму младший сержант Кольцов надел на третий день войны. 25 июня 1941 года был призван защищать Родину. К тому времени Павел уже был взрослым мужчиной, с опытом работы, устоявшимися взглядами на жизнь. Почти всю войну прошёл в составе транспортного отделения. Подвозил к линии фронта боеприпасы, продукты, бойцов. Несколько раз попадал под артобстрелы и бомбёжки. Однажды ранило. Рана была не очень серьёзной, но крови, чтобы смыть клеймо «сына врага народа», наверное, хватило. Едва рана затянулась, воевал уже в качестве командира пулемётного отделения в составе 905 стрелкового полка, 148 стрелковой дивизии I Белорусского фронта.
— Я видел бойцов, которые боялись оказаться на передовой, считали за счастье быть во втором эшелоне. А мне, когда доверили пулемёт, даже солнце стало светлее. Конечно, было страшно, но, когда гонишь к фронту груженную снарядами полуторку, а сверху бросает бомбы Юнкерс, куда страшнее. Ни спрятаться, ни даже огрызнуться не можешь. А здесь у меня пулемёт, и рядом такие же, как и я, бойцы-товарищи. Даже, если убьют, то на миру и смерть красна. А в груженную снарядами машину бомба или мина попадёт, даже от колёс следа не останется. Что ни говори, а в окопе мне было лучше. Надёжней, что ли?.. Павел Кольцов и его семья. В Зыряновском районном архиве хранится три папки документов и газетных вырезок, посвящённых жизни Павла Кольцова. Работники архива по крупицам собирают сведения о боевом пути знаменитого земляка. Но сухая статистика никогда не расскажет, как шли в бой, какие пели песни, чего боялись на войне.
Несмотря на возраст, память Павла Фёдоровича не подводит. Отлично помнит, как жили, как бились, как умирали под вражескими пулями.
В хрониках военного времени хранится история о том, как во время боев за польскую столицу Павел Кольцов вдвоём с товарищем сдерживал наступление немцев. Тогда русская стрелковая дивизия заняла позицию на небольшом пятачке земли. Утром гитлеровцы пошли в атаку. Впереди «Фердинанды» — оснащённые пушками боевые машины, за ними пехота. Враги вооружены, что называется, «до зубов»: на пушках цейсовская аппаратура, даже звёздочки на погонах за километр посчитать можно, броня — ни один снаряд не берет, автоматчики прикрыты «Фердинандами» надёжнее, чем каменной стеной. А у Кольцова с напарником — лишь один пулемёт. Такое же положение и в соседних окопах. У тех значить скорострельные пушки, а у этих пулемёты, да противотанковые гранаты. Перевес явно на стороне врага. Срочно сменив позицию, бойцы вступили в неравный бой. Два часа в ушах стоял грохот оружия. В воздухе витал запах смерти. Но до подхода основных сил выстояли и, главное, выжили.
В память об этом сражении у Павла Фёдоровича осталось ранение. Очнулся уже в госпитале. Вокруг тишина, поначалу думал, что оглох. Потом узнал, что к ранению прибавилась и контузия. Когда и как все случилось, солдат не помнил…
Отлежался, залечил раны и снова в бой.
— Однажды вышли на немецкие окопы. Над головой свистят артиллерийские снаряды, которые наши пускали по немецким позициям. А их окопы-то совсем близко. Ну, прямо рукой подать, — делится воспоминаниями солдат. — Те ведут по нашим пехотинцам шквальный огонь. Как назло, даже спрятаться невозможно. Только какие-то небольшие кочки. Мы лежим, плотно прижавшись к земле, но это спасает мало. Бойцы гибнут один за другим. А тут ещё как раз пулемёт вышел из строя. Меня самого ранило. И такая злость меня взяла! Ну, думаю, все. Держитесь, гады! Все равно погибать, но ещё успею вас угостить. Взял гранату, уже не скажу, то ли со зла, то ли, чтобы подбодрить себя, закричал «Ура», и к немецким окопам. Даже не помню, как добежал, как бросал гранату и строчил из автомата. Помню только, как наши бойцы тоже кричали «Ура!» и тоже бросали гранаты в немецкие окопы.
Как сказано в наградном листе, Павел Кольцов поднял в атаку всю роту. И бойцы пошли за ним. Это был в тот переломный момент, когда силы почти равны, и победа в бою зависит только от напористости и смелости солдат. Атака стала решающей. Полк перешёл в наступление. За этот бой Кольцову вручили орден Красной звезды…
В Зыряновском архиве мы нашли документы, повествующие ещё об одном героическом поступке Павла Кольцова, в который трудно поверить. Дело было на переправе близ немецкого города Катерин. Советские войска перешли в наступление, в бой вступили фашистские самолёты. С немецкой педантичностью они появлялись над головами, сбрасывали бомбы и прошивали пулемётными очередями позиции наших войск.
Заметив поворачивающий на его окоп самолёт, Кольцов ставит свой пулемёт вертикально и замирает. Когда самолёт приблизился, пулемётчик открывает по нему прицельный огонь. В вечернем небе было видно, как трассирующие пули пробивают брюхо штурмовика. Грохот, дым, взрыв. И радостный крик солдат: «Попал! Горит!».
— Повезло мне, конечно, — улыбается фронтовик. — Но там были случаи и интереснее. Я-то из пулемёта строчил. Десятком пуль попал, двумя десятками не попал. Все равно сбил. А вот один солдат достал мессера из противотанкового ружья. Нахальный немец и прилипчивый, как муха. Жужжит и жужжит. В него добрый десяток зениток не могли попасть, а этот в один выстрел. Хлоп! И закувыркался…
Самыми страшными и кровопролитными для наших бойцов были, наверное, последние, самые главные бои в Германии. Не забыть бой на Кюстринском плацдарме, в районе населённого пункта Гарцен.
Это было 17 апреля 1945 года. Немцы шли в наступление. Перед Кольцовым поставлена чёткая задача — прикрывать правый фланг. Немецкие солдаты делали все, чтобы сбросить наших бойцов из плацдарма. Но везде их встречал пулемёт Кольцова и… смерть. Из своего оружия младший сержант убил около 85 человек. Атака была остановлена. Наша пехота заняла первую и вторую траншею противника.
Но на этом бой не закончился. Собрав последние силы, враг вновь устремился в атаку. К этому времени Павел Кольцов получил очередное ранение, а кожух пулемёта пробит. Истекая кровью, обжигая пальцы рук, Павел наспех заделал пробоину и продолжал отражать яростное наступление врагов.
— Я никогда не считал тех, кто был мною убит, — говорит пожилой солдат. — Это забота командиров. Ну, и ещё похоронной команды. Там своя бухгалтерия. Друзья-однополчане - 1945 г. — Каково это, знать, что ты лишаешь человека жизни?
— Там все просто. Если ты не убьёшь, убьют тебя. Тогда чувство жизни и смерти было совсем иным. Время другое было. Да и война. Каждый день ты видишь, как сотни мёртвых вокруг лежат. Потому и ценность жизни другая была.
С другой стороны, кто их просил нас трогать. Помните, как у поэта Светлова:
Я не дам свою родину вывезти
За простор чужеземных морей!
Я стреляю — и нет справедливости
Справедливее пули моей!..
За отвагу и мужество, проявленные в этом кровопролитном бое, через девять дней после Победы, Павел Фёдорович был удостоен высшей награды. Ему, сыну врага народа, было присвоено звание Героя Советского Союза.
Но самым трудным, самым страшным и кровопролитным Павел Фёдорович считает сражение за Берлин. За шесть дней жесточайших уличных боев в Берлине огнём своего пулемёта младший сержант Кольцов предал смерти немало фашистов.
Правда, сейчас, когда прошло много лет, Кольцов вспоминает не тех, кого убил, а своих однополчан, которые полегли от пуль врага.
— Лишь, вроде, займём квартал, а фашисты по подземным катакомбам пробираются в тыл и стреляют в спину. Сколько ребят наших тогда полегло, — с горечью вспоминает ветеран.
Один год из ста. Но в нем накопилось так много горечи, ненависти и страха. Страха не за себя, а за свою мать, и маленькую дочурку, которой в 45-ом должно исполниться пять лет. Город Майкоп, в котором они жили, находился в немецкой оккупации. Зимой сорок третьего он был освобождён, но о судьбе родных Павлу не известно. Каждый день, каждый час его терзали мысли о них. Только бы выжили, только бы еще свидеться! Счастью не было предела, когда, вернувшись с войны, Павел нашел мать и дочь живыми и здоровыми.
— Я не могу себе даже представить, как они смогли выжить. За это я очень благодарен судьбе, — говорит ветеран и его взгляд теплеет. — Первые годы после войны, 9 Мая так не отмечали, как сейчас. Говорили, что Сталин не разрешал праздновать. Некогда было гулять, страну надо было восстанавливать. Засучили рукава, и, вперёд, строить заново. Ведь, когда фашисты отступали, стремились принести как можно больше вреда. Поэтому взрывали в городах заводы, рушили мосты. Такая ненависть лютая была. Не могли они пережить своего поражения.

В копилке Кольцова — несколько важных наград. Кроме Золотой звезды Героя и Ордена Ленина, ещё медали «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победы над Германией», орден Красного Знамени. Помимо военных наград, грудь украшает множество других наград, полученных уже в мирное время.
— У нас миллионы бились не на жизнь, а на смерть. Геройски бились. Сколько тогда человек полегло, сколько из них совершали подвиги? А сколько из них получили «героев»? По-моему, около девяти тысяч, — рассуждает Павел. — Я уверен, — награждать нужно было больше. Тогда все больше лётчиков поощряли. Они высоко летали, самолёты сбивали. А мы кто? Маленькие люди. Но позже стали замечать и нас.
Павел Фёдорович хорошо помнит те годы. Свой «Орден Ленина» и Золотую звезду Героя получил только через пять лет после Победы. А несколько дней назад коллекция наград Кольцова пополнилась ещё одной. Руководство Казахстана вручило ему специальную медаль, выпущенную к юбилею Великой Отечественной войны. В больнице, где проходила церемония награждения, нагрянула целая комиссия. Первые лица района, военком в парадной форме с небрежно накинутым на плечи больничным халатом.
В тот день дедушка чувствовал себя неважно, но от встречи не отказался. Он по-простому принял поздравления, не выражая особых чувств. Как будто ему каждый день вручали награды. Попросил, чтобы блестящую медальку прикрепили к больничной пижаме. Нащупал её и прижал рукой. В глазах вспыхнул огонёк. Наверное, Герой вспомнил тот день, когда в торжественной обстановке вручали Золотую Звезду.
— Придётся нажимать на лекарства, а то скоро ведь 9 Мая, — шуткой ответил на вопросы гостей о здоровье. Бодро сел на кровати и улыбнулся. — Но я ещё повоюю. Да ещё сто грамм фронтовых выпью за Победу…
А тогда, после возвращения с войны, у молодого героя начиналась новая жизнь. Главное — растить дочь, жившую так долго без отца. От людей услышал, что где-то в горах Алтая есть такой городок — Зыряновск. Там сейчас, во всю идёт стройка, и, конечно же, нужны рабочие руки. Эх, была, не была! Собрали вещи и поехали.
Молодой, статный, полный сил 43-летний красавец Кольцов приезжает в Зыряновск и устраивается на обогатительную фабрику. Именно в этом маленьком горняцком городке Павел обрёл то, чего хотел многие годы — спокойствие и свободную жизнь без оглядки. Наконец-то больше не приходится терпеть шантаж чекистов. Наконец-то он живёт для себя и своей семьи. Кроме того, теперь он народный герой, которому везде — только почёт и уважение. Больше никто и никогда не вспомнит, кто был его отец. Больше никто не скажет ему, что он — сын «врага народа».
Наконец-то ему улыбается судьба. В жизни уже зрелого мужчины появляется вторая любовь — Ниночка. Нина Михайловна. Она рожает ему сына Владимира и разделяет его заботы и радости до самой старости. К сожалению, несколько лет назад Нины Михайловны не стало.
Кольцов — простой рабочий человек, с детства привыкший к труду. До выхода на пенсию трудится, не покладая рук. Сначала слесарем, потом старшим инструментальщиком. Мог отремонтировать все что угодно, мог изготовить такой инструмент, что хоть сейчас ставь заводское клеймо. За эти годы Кольцов достиг своих вершин в профессии. Не один раз его награждали, но уже не за героические, а за трудовые достижения. С большой ответственностью он относится ко всему, чем приходится заниматься в жизни. В его трудовой книжке в графе «Поощрения» — 29 благодарственных записей.
На пенсию Павел Фёдорович вышел полным сил и энергии мужчиной. Ни одного седого волоска, лицо гладкое, как у молодого парнишки. Кто бы сказал — пенсионер. Все своё свободное время мужчина отдаёт детям и внукам, занимается любимым делом. Во дворе дома высаживает виноград, ягоды, помидоры. В свои сто лет он все по дому делаем сам — и чистит дорожки от снега, и копает огород, и присматривает за садом.
Есть у Кольцова мечта — посадить в саду южные плоды. Вот пройдёт все лечебные процедуры и займётся.

Секрет долголетия героя разгадать не сложно — он вечно в движении, даже при размеренном укладе жизни. А спокойный характер, отличное чувство юмора, здоровый образ жизни помогают герою поддерживать относительно неплохое здоровье. Жить ещё Павлу Фёдоровичу да жить. Передавать богатый опыт есть кому. У ветерана двое детей, пять внуков, один правнук и один праправнук.
Война — это мужская профессия, считает Павел Фёдорович. Его мнение разделяют самые близкие люди. По его стопам пошёл сын Владимир. Он — военнослужащий в Абхазии.
— Сын дослужился до майора, после окончания института служил на Дальнем Востоке.
Такая вот ирония судьбы. Володя служил там, где когда-то жили дед и отец.
— Служил в береговой артиллерии, — рассказывает зять, Заур Амирханов. — А потом приехал сюда, снова начал работать — он инженер-строитель по профессии. Но что-то не понравилось, решил вернуться в армию. Сейчас служит в Абхазии, живёт где-то рядом с воинской частью. Сын Владимира Павел — тоже военный, капитан российской армии. Проходит службу в ракетных частях. Его назвали в честь деда — он тоже Павел Кольцов.
Счастливый дед со своими внукамиПавел Фёдорович — живая история. Дети, внуки, правнуки запросто могли бы изучать хронологию событий Великой Отечественной войны по рассказам родственника. Но он предпочитает рассказывать им добрые истории. Вообще, с детьми Павел Фёдорович всегда по-особенному разговаривает. Не прикрикнет, не отругает за шалости.
— Характер у него очень спокойный. Никогда не слышал от него громкого слова, тем более, ругани. Он тактичный даже дома. Из детей никого ни разу пальцем не трогал. Потому что ценит жизнь, на мелочи не растрачивается, — с теплотой говорит о нём зять. — Таких еще поискать. Воспитан совсем по-другому. Из трех братьев Кольцовых я вот двоих хорошо знаю. Павла Фёдоровича и Евгения Фёдоровича. Оба такие разные. Тот балагур, мог и пошутить, и похулиганить, и выпить. А Павел Фёдорович — нет.
На веку Павла Фёдоровича поменялось три государственных строя. И каждый из них отпечатался отдельной главой. Казахстанцем стал с первого дня основания республики. В ответ на вопрос, при каком строе лучше всего жилось, Павел Фёдорович улыбается:
— Конечно, при коммунизме.
Заур Амурханов улыбается такой шутке, затем уже с серьёзным лицом уважительно произносит:
— Дедушка старой закалки человек, он коммунист. В партии был много лет. В социалистическом строе лучше всего жилось. Но, я думаю, все в его возрасте так рассуждают, у всех ностальгия по советскому времени.
— Те, кто жил в то время, никогда не забудут. Уважение к рабочему человеку было больше и почёта. Тогда много разных совещаний, пленумов было, активы. И всегда он был там желанным гостем.
Хотя современные нравы Павел Фёдорович не критикует, все-таки нынешние рыночные отношения не воспринимает. Если что-то не нравится — обязательно скажет. Не понимает дедушка, как это можно разбогатеть за несколько лет? По его мнению, раз «нахапали», нужно помочь тем, кто голодает, кому сейчас приходится нелегко.

Павел Фёдорович Кольцов — единственный Герой Советского Союза на территории всего постсоветского пространства, кто перешагнул вековой рубеж. Это своего рода рекорд. По казахстанским законам, называть улицу в честь какого-нибудь известного человека можно только через пять лет после смерти. Однако в случае с Павлом Фёдоровичем сделано исключение. Несколько лет назад в Зыряновске небольшая улица получила имя Кольцова. А в Усть-Каменогорске — областном центре Восточного Казахстана, имя Павла Кольцова увековечено на одной из мраморных досок Аллеи Героев.
К почёту, уважению и вниманию со стороны властей Павел Фёдорович давно привык. Пока поправляет здоровье в больнице, его младшие коллеги делают в доме ремонт. Стараются, чтобы к великому празднику, которого в этом доме ждут весь год, все было уже закончено.
Свой сотый день рождения Павел Фёдорович отпраздновал в шумной компании. Несмотря на сорокоградусные морозы, в гости к Герою приехала целая делегация. Аким Зыряновского района Рымхан Мусин, главный казахстанский военком, первый руководитель Восточно-Казахстанского областного акимата Бердыбек Сапарбаев. Поздравили Почётного Гражданина города с юбилеем и вручили памятные призы. От Серебрянской военной части Павел Фёдорович получил самую настоящую походную фляжку с росписью, а от имени президента страны Нурсултана Назарбаева Кольцову вручили ключи от автомобиля ВАЗ-2107.
Вручение подарка Герою - столетнему юбиляру.— Вы, Павел Фёдорович, являетесь ярким представителем поколения, которое совершило подвиг в военное время и очень многое сделало для будущего в мирное, — сказал аким области, поднимая бокал за здоровье юбиляра. — Весь ваш жизненный путь — это истинный пример беззаветного служения Родине.
Подарок ветерану очень обрадовал, и первым делом Павел Фёдорович решил сесть за руль своей белой «семерики».
— Красавица, что и говорить. Но лучше нашего ГАЗ-69, наверное, ничего лучше нет, — произнёс ветеран, поглаживая свою новую машину.
Оказывается, в течение многих лет Кольцов не расставался со своим любимым «газиком». Он всегда сам занимался этой машиной. Никогда никто её не ремонтировал кроме хозяина.
Павел Фёдорович прожил богатый на события, эмоционально тяжёлый век. История его жизни соткана из противоречивых сплетений. Сын купца, «врага народа», от которого отвернулись все, защищал Родину и совершил Подвиг. А ведь его не хотели даже брать в армию потому, что боялись дать в руки оружие!
Он был не согласен с решением властей в отношении отца, тем не менее, вступает в партию. Коммунист — этот статус, как щит защищал его в жизни, отгораживал от лишних вопросов. Он много лет никому не рассказывал о том, что у него на душе. О том, как он, несмотря ни на что, любил свою страну, защищал её от врагов, вместе с однополчанами радовался Победе.
Главная задача, которую сейчас поставил перед собой дедушка — выздороветь, во что бы то ни стало. Говорит, хочу поправиться, походить по земле, посмотреть на цветущие яблони. Прогуляться по высохшим дорожкам центрального парка. Увидеть, как пойдёт в школу праправнук Илиан. И мечтает о том, как однажды он скажет: «Спасибо, деда, за Победу!».

От Оргкомитета конкурса. Выражаем искреннюю благодарность работникам Зыряновского архива и родным Павла Кольцова за помощь в подготовке материала.

129 просмотров

   
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1

(1 голос, в среднем: 5 из 5)

Материалы на тему

Журнал Анна Герман